nelia4-ever
Неля
О взятии Константинополя (читая Рансимена)

Многие люди, сталкивавшиеся с анти-османской пропагандой, наверняка слышали о необычайных зверствах, творимых турками при взятии Константинополя, и особенно про историю с сыном адмирала Луки Нотараса, которого якобы затребовал в свой гарем султан Мехмед Фатих Хан. Обычно ссылаются при этом на "многочисленных свидетелей" и на "достоверные источники".

Так на какие же источники опираются те, кто рассказывает об этом? Можно обратиться к знаменитому труду британского историка-медиевиста и византиста Стивена Рансимена "Падение Константинополя в 1453 году". Рансимена безусловно нельзя назвать непредвзятым историком, его симпатии явно на стороне византийцев, но все же без излишней истерики, которая так присуща многим идеологическим византистам.

В конце книги Рансимен поместил приложения, в которых автор перечисляет и дает характеристику основным источникам по осаде Константинополя Османами и последующей оккупации города.
Так вот, основной источник, рассказывающий историю про сына Луки Нотараса и султана Мехмеда это записки Михаила Дуки. Вот что пишет про него Рансимен:

"Дукас, которого, вероятно, звали Михаил, — фигура значительно менее известная, и о жизни его мы знаем довольно мало. Большую часть жизни, он, по-видимому, провел на службе у генуэзцев и во время осады Константинополя, очевидно, находился на Хиосе. Дукас был горячим сторонником унии (!) и склонен смотреть на все глазами своих друзей-латинян (!)... Современные историки высоко оценивают достоверность излагаемых им фактов, по-моему, даже выше, чем он того заслуживает (!). Что же касается событий, происходивших при дворе Мехмеда II, то его записки просто бесценны; по всей видимости, он получал свою информацию от генуэзских агентов и купцов, находившихся в турецком лагере. Однако он не был в Константинополе и в изложении фактов, относящихся к жизни города, допускает ряд неточностей (!)..."
Если отбросить предвзятость, то мы видим что никаких оснований доверять Дуке нет. Он неточен, его достоверность завышена, очевидцем событий не был, на все смотрит глазами откровенных врагов султана Мехмеда Фатиха.

Афинянин Лаоник Халкондилас, написавший свою хронику, тоже не был свидетелем этих событий.

Единственным летописцем, находившимся непосредственно в Константинополе во время осады, был некий Гергий Франдзис (или Сфрантзис). Он тоже упоминает историю с сыном Луки Нотараса, хотя и не так подробно как Дука. Тем не менее Рансимен признает, что первоначальные записи Сфрантзиса пропали, а те что он написал позднее, подвергались изменениям. К тому же Франдзис как и Дука были противниками Нотараса, что явно влияло на их отношение к нему. Вообще эту историю рассказывают именно те, кто ненавидел мегадуку и его про-османскую позицию, что вполне объяснимо. С их точки зрения его казнь наверняка выглядело ироничным и справедливым наказанием, мол, «ну мы же говорили, предатель сам виноват». При этом история казни обрастала невероятными подробностями. Рансимен в главе «Участь побежденных» пишет: «Франдзис, чья ненависть к мегадуке не смягчилась даже после их общего несчастья, дал в своих записках весьма пристрастное и неправдоподобное описание его смерти».
Итак, очевидно, что история о сыне Луки Нотараса не имеет абсолютно никаких серьезных источников, и не может восприниматься иначе как анти-османская лживая байка, которыми тогда был наполнен христианский мир.

Интересно, что был еще такой историк как Критовулос, который не упоминает про подобные ужасы, и про которого Рансимен пишет:
"Он принадлежал к тем грекам, которые относились к турецкому завоеванию как к явлению хотя и трагическому, но неизбежному, и стремился примирить своих соотечественников с новым положением вещей. Описываемые им события охватывают период с 1451 по 1467 г. Его героем был султан. Тем не менее Критовула глубоко тронул и потряс героизм греков; он не пытается преуменьшить их страдания, хотя и невольно склонен не замечать или оправдывать те-жестокости, в которых был повинен сам Мехмед. Его описание осады чрезвычайно важно, поскольку имеющаяся у него информация исходит как от турок, так и от греков, бывших в то время в Константинополе; кроме тех мест, где он защищает репутацию султана, он остается честным, непредвзятым и убедительным автором."

Одним словом, это источник никак не менее достоверный чем Дука или Халкондилас, не пытающийся преуменьшить жестокость завоевателей, и только особая предвзятость к османам может заставить считать что его описание нравов султана Мехмеда Фатиха менее достоверно, чем записки явных латинян, никогда не бывших свидетелями этих событий и смотревших на все глазами Рима...

Интересно также что Рансимен пишет о версии, согласно которой Константинополь не был взят штурмом, а капитулировал, или по крайней мере сдались какие-то его кварталы. Эта версия имела широкое хождение среди стамбульцев и именно ею объясняли то, что в городе сохранилось так много христианских церквей.